и многозначительней взирают люди на так называемый секс.
   Один молодой человек, которому я сказал, что некая новая книга - чистая
  порнография, искренне удивился: "Ну что вы! Она такая серьезная". Друзья
  наши, поклонники "темных богов", собираются восстановить в правах
  фаллический культ. Самые малопристойные пьесы изображают все дело как
  "бездну упоенья", неумолимый рок, религиозный экстаз. А психоаналитики так
  запугали нас бесконечной важностью физиологической совместимости, что
  молодые пары в кровать не лягут без трудов Фрейда, Крафта-Эббинга, Хэвлока
  Эмиса и д-ра Стопса. Честное слово, им больше помог бы старый добрый Овидий,
  который замечал любую муху, но не делал из нее слона. Мы дошли до того, что
  нам прежде всего нужен старомодный здоровый смех.
   "Как же так? - скажут мне. - Ведь это действительно серьезно". Еще бы,
  куда уж серьезнее! Серьезно с богословской точки зрения, ибо брачное соитие,
  по воле Божией, - образ союза между Богом и человеком. Серьезно как
  естественное, природное таинство, брак неба-отца и матери-земли. Серьезно с
  точки зрения нравственной, ибо налагает серьезнейшие в мире обязательства.
  Наконец (иногда, не всегда), очень серьезно как переживание.
   Но и еда серьезна. С богословской точки зрения мы вкушаем хлеб в Святом
  Причастии. С нравственной - мы должны кормить голодных. С социальной - стол
  издавна соединяет людей. С медицинской - это знают все, кто болел желудком.
  Однако мы не берем к обеду учебников и не ведем себя за ужином, как в храме.
  А если уж кто-то