ьного толка, с одной стороны, и проповедь
  семейно-уютной, очищенной от бурь и страстей сексуальности - с другой.
   Именно первая сторона является преобладающей в современных концепциях
  полового воспитания. Это объясняется многими причинами. Во-первых,
  изначальной научной ориентацией сексуальной педагогики; последняя
  естественно и неизбежно связана с сексологией, где ныне преобладают (по
  крайней мере, в "научной сексологии") позитивистско-бихевиористские
  тенденции. На первых этапах программы полового воспитания имели выраженную
  медицинско-биологическую ориентацию. Во-вторых, именно эта сторона
  составляет подлинно новое в воспитании вообще. Вторая сторона ("цель
  обучения - нежность") в сущности не нова, она учитывалась и
  пропагандировалась и раньше - во множестве этических и религиозных доктрин
  (хотя, конечно, интерпретации любви раньше и сейчас могут существенно
  различаться). Поэтому отчужденно-объективное описание и изображение
  сексуальности можно считать ядром современного полового воспитания.
   Расцвет порнографии, расцвет сексологии и расцвет идей полового
  воспитания оказались практически одновременными. Они оказались полезными
  друг другу и тесно друг с другом связаны. Так что неудивительно, что
  объективная сексология оценивает порнографию скорей позитивно, чем
  негативно, и признает ее полезность в деле полового воспитания молодежи.
  Объективность такого механически-статистического подхода сомнений