возможны самые разнообразные по составу блюда, равно полноценные как
  источники питания. Поэтому культура может предписывать своим носителям самые
  разные рационы питания, но запретить им пить воду - не может.
   Дальше всего с этой точки зрения отстоит от своего биологического
  назначения сексуальная активность: здесь причины связаны с результатом
  совсем не так, как при удовлетворении других биологических потребностей. Ни
  дыхание, ни - в сколько-нибудь значительных масштабах - кулинария не дают
  простора для извращений. Серьезное изменение способа или ритма дыхания
  вызовет немедленную гибель, а потребность в калориях с этой точки зрения
  отличается от потребности в кислороде лишь тем, что дышать можно
  исключительно воздухом, а питаться - самой разнообразной пищей. Но все
  равно, пища эта должна быть достаточно питательной и калорийной. Если
  продукт не имеет биологической ценности, - утолить им голод невозможно.
  Напротив, сексуальная практика может быть сколько угодно долго оторвана от
  своего биологического назначения - продолжения рода. Противозачаточные
  средства таят угрозу лишь той особи, которая из-за них не появится на свет,
  но отнюдь не тем, кто их применяет.
   Таково первое биологическое отличие секса от остальных функций организма.
  Другое связано со сферой чувственности. Средства принуждения, которые
  выработала эволюция, чтобы заставить нас дышать или пить воду и тем
  поддерживать свое существование, в корне отличны от механизмов принуждения,
  встроенных