ие". Максима эта весьма причудливо отразилась в фантастике
  самых молодых писателей. Писатели эти группируются под именем "новой волны"
  вокруг английского журнала "New Worlds" ("Новые миры"). Где бы ни
  происходило действие - на руинах цивилизации, пережившей атомную войну, или
  среди путешественников во времени, переносящихся для забавы в меловой период
  вместе с маленькими мотоциклами, - персонажи время от времени совокупляются
  вполне деловито и хладнокровно, что столь же деловито и хладнокровно
  описывается авторами.
   Партнеры обычно абсолютно чужды друг другу, да и в смысле физиологическом
  не испытывают ничего особенного. Они скучают или торопятся, как будто спешат
  на кухню мыть посуду или поскорее прочитать газету. Так происходит и у
  Балларда, и у Олдисса, и у других писателей младшего поколения. Если
  следовать традиционным критериям, - перед нами весьма откровенные,
  рискованные сцены: там открыто называются и гениталии, и действия, ими
  производимые. Но в описаниях нет ничего возбуждающего - именно из-за
  холодной отчужденности, рождающей ощущение экзистенциальной пустоты и скуки.
  У Балларда, например, участника акта одолевали мысли из области геометрии -
  предметом рефлексии оказывается женская грудь. Потом пара расходится так же
  просто, как сошлась, и каждый продолжает заниматься своим делом, на минуту
  прерванным ради полового акта. Похоже, что партнеры просто обмениваются
  мелкими услугами, равно неважными для них обоих, о которых можно сразу же
  забыть. А посему реакция,