ть от того, насколько запрет инцеста все еще
  действует в сознании индивида. Наиболее глубокий эффект, при всем различии
  его проявлений у разных людей, может быть описан в общем виде так: запрет
  инцеста ведет к постановке определенных ограничений или условий, при которых
  субъект еще может переносить супружеские отношения, несмотря на этот запрет.
   Как нам известно, такие ограничения проявляются уже в выборе
  определенного типа супруга. Например, выбираемая в жены женщина ничем не
  должна напоминать мать: ее национальность, социальное происхождение,
  интеллект или внешность должны составлять резкий контраст с материнскими.
  Это позволяет понять, почему браки по рассудку или заключенные через третьих
  лиц часто оказываются удачнее браков по любви. Хотя сходство супружеских
  желаний с желаниями, восходящими к Эдипову комплексу, автоматически приводит
  к воспроизведению ранней позиции субъекта в Эдиповой ситуации и развитию
  этой ситуации, тем не менее, и ситуация, и ее развитие воспроизводятся в
  меньшей степени, если подсознательные ожидания субъекта не были с самого
  начала привязаны к определенному будущему мужу или жене. Более того, если мы
  обратимся к бессознательному стремлению оградить брак от наиболее страшных
  бедствий, мы поймем, что в институте сватовства была определенная
  психологическая мудрость, которую мы и сейчас встречаем у восточных евреев.
   Мы видим далее, как в самом браке эти ограничения могут быть воссозданы
  всеми сторонами личности. Что касается Ид (Оно), то это