яет такую
  важную экономическую функцию, то за нее держатся крепко.
   Теперь нас не удивит, когда мы обнаружим, что страдание (как и симптом
  для невротика) - есть одно из условий, при которых брак может устоять против
  сильнейшего запрета инцеста. Требуемое для этой цели несчастье может
  принимать такие разные формы, что я не надеюсь все их описать достаточно
  удовлетворительно в моем кратком выступлении. Я расскажу о некоторых.
  Условие быть несчастным и страдать может касаться, например, домашней или
  профессиональной жизни, которая подсознательно выстраивается так, что
  человек перерабатывает или вынужден приносить тягостные жертвы "ради семьи".
  Так, мы часто наблюдаем, как после свадьбы люди опускаются, их развитие идет
  вспять, будь то в профессиональной карьере или в интеллектуальной сфере. И,
  конечно же, это бесчисленные случаи прислужничества у своего партнера,
  причем положение раба принимается по собственной воле, с сознательным
  наслаждением своим великим чувством ответственности.
   Глядя на такие браки, удивляешься: почему они не разваливаются, но
  зачастую наоборот, весьма стабильны? Но, по размышлении, как я уже говорила,
  понимаешь, что именно выполнение условия несчастности и есть гарантия
  неразрывности союза.
   Дойдя до этого пункта, мы видим, что здесь, несомненно, пролегает граница
  с браками, выкупаемыми ценой невроза. Этих последних я, однако, не хочу
  касаться, так как в моем докладе я хотела бы обсуждать в основном ситуации,
  которые еще могут считаться нормальными.