вать. Я склонна
  предполагать, что неверность и онанизм объединены теснее, чем просто
  чувством вины. Верно, что первоначально онанизм - это физическое выражение
  сексуальных желаний, относящихся к родителям. Но, как правило, родители в
  фантазиях, связанных с мастурбацией, замещены другими объектами с самого
  раннего возраста; и, следовательно, эти фантазии представляют собой, так же,
  как и первичные желания [36], первую неверность ребенка родителям. То же
  приложимо к раннему эротическому опыту с братьями и сестрами, товарищами по
  играм, прислугой и т.д. Так же, как онанизм представляет собой неверность в
  мыслях, этот ранний опыт представляет ее в жизни. И анализ обнаруживает, что
  люди, сохранившие чувство вины по поводу подобных инцидентов, реальных или
  вымышленных, по этой самой причине избегают с особым страхом любого
  проявления неверности в браке, так как она означала бы повторение старой
  провинности.
   Часто именно остаток такой старой фиксации возвращается к человеку в виде
  одержимости верностью, несмотря на страстные полигамные желания.
   Но верность имеет и совершенно иную психологическую основу, которая в
  одном и том же человеке может как сосуществовать с вышеописанной, так и быть
  полностью независимой. Некоторые люди, по какой-либо из вышеупомянутых
  причин особенно чувствительные к выполнению своей претензии на
  исключительное обладание партнером, в качестве реакции такие же требования
  предъявляют и к себе. Они могут считать, что попросту сами должны выполнять
  требования,