е сложной задачей является формирование способности любить,
  предполагающей соединение чувственности и нежности. Еще З. Фрейд отмечал,
  что в сознании мальчика-подростка чувственно-эротическое влечение и
  потребность в психологической близости и тепле сначала разобщены, так что
  грубые, лишенные всякой духовности, эротические фантазии нередко
  сосуществуют с мечтой о нежной и возвышенной любви, в которой нет ничего
  сексуального.
   Писатель В. Вересаев, вспоминая о своей гимназической влюбленности
  одновременно в трех сестер, писал: "Поражает меня в этой любви вот что.
  Любовь была чистая и целомудренная, с нежным, застенчивым запахом, какой
  утром бывает от луговых цветов в тихой лощинке, обросшей вокруг орешником.
  Ни одной сколько-нибудь чувственной мысли не шевелилось во мне, когда я
  думал о Конопацких. Эти три девушки были для меня светлыми, бесплотными
  образами редкой красоты, которыми можно было только любоваться. А в
  гимназии, среди многих товарищей, шли циничные разговоры, грубо сводившие
  всякую любовь к половому акту". Хотя будущий писатель не говорил в таком
  тоне о своих чувствах, он тем не менее "внимательно вслушивался в анекдоты и
  похабные песни". "Я развращен был в душе, с вожделением смотрел на красивых
  женщин, которых встречал на улицах, с замиранием сердца думал, - какое бы
  это было невыразимое наслаждение обнимать их, жадно и бесстыдно ласкать. Но
  весь этот мутный поток несся мимо образов трех любимых девушек, и ни одна
  брызга не попадала на них из этого