тока. И чем грязнее я себя чувствовал в
  душе, тем чище и возвышеннее было мое чувство к ним"! [43]
   Такая раздвоенность чувств, обусловленная, с одной стороны,
  противоречивостью культурных норм ("чистая любовь" в противоположность
  "грязному сексу"), а с другой - трудностями психосексуального развития,
  характерна и для современных подростков и юношей. Отличной иллюстрацией
  может служить рассказ Юрия Власова "Белый омут". Его герой, курсант военного
  училища, мечтает о большой, всеобъемлющей любви и в то же время страдает от
  своей чувственности и влюбчивости: "Я человек без воли. У меня нет твердости
  в характере. Женщины - это позорная слабость. Настоящий мужчина должен знать
  свое дело, служить ему. Женщины не способны отвлечь его. Это у слабых,
  дряблых людей все интересы в женщинах. И вообще, что значит женщина? Это
  развратно, гадко говорить сразу о многих женщинах. Должно быть имя, которое
  я стану боготворить. Я встречу одну, полюблю одну и никогда не увижу никого,
  кроме нее. А я? Я?.. Мысль о том, что я смею думать о поцелуях, огорчает.
  Почему я так испорчен? Почему прикосновения к Наденьке были столь желанны?
  Почему брежу ими?.." [44]
   Извечные темы школьных диспутов - как отличить любовь от увлечения, можно
  ли любить одновременно троих и т.п. - на самом деле вовсе не смешны. Они
  волнуют не только юношей, но и девушек. Передо мной дневник ленинградской
  школьницы (сейчас уже взрослой). Его центральная тема - безответная,
  тянущаяся с 6 класса любовь к однокласснику. В 8 классе