и для всего космоса. Тайна пола совсем не есть
  сексуальный акт, совершаемый или для добродетельного деторождения, или для
  развратного наслаждения. Прежде всего совсем нельзя верить тому, что
  сексуальный акт когда-либо и кемлибо в мире совершался для добродетельных
  целей деторождения - он всегда совершался стихийно, по страсти, для
  призрачного самоудовлетворения. Род торжествует в сексуальном акте не
  потому, что добродетель родовая присутствует у кого-либо как цель, а потому,
  что он бессознательно господствует над человеком и смеется над его
  индивидуальными целями.
   Тайна пола раскрывается лишь в любви. Но нет области, в которой
  господствовал бы такой инертный консерватизм и такое условное лицемерие, как
  в области половой любви. Самые крайние революционеры сплошь и рядом
  оказываются консерваторами, когда поднимается вопрос о любви. Революционное
  сознание реже всего встречается в сфере пола и любви, ибо тут оно должно
  быть наиболее радикально, скажу даже - религиозно. Социальные и ученые
  радикалы и революционеры думают лишь о социальном и физиологическом
  благоустройстве пола, вглубь же никогда не идут. Любовь скидывается с
  мировых расчетов и предоставляется поэтам и мистикам. Вспоминают ли любовь
  Тристана и Изольды, любовь Ромео и Джульетты, любовь, воспетую
  провансальскими трубадурами и Данте, когда говорят о поле "христиане" или
  "позитивисты" господствующего сознания? Их богословие и их наука, их мораль
  и их социология не знают любви,