ей степени
  требовательного по кулинарной части мужа, кухня представляется настоящим
  пугалом, кошмаром; даже ночью она всегда имеет при себе дощечку для
  составления "меню", если ей случится проснуться ночью. Следовательно, одна
  из причин, удаляющих женщину от порока чревоугодия, есть та, что она слишком
  часто бывает жертвой этого порока у мужчины. Итак мы видим, что жадность в
  еде есть недостаток, вызываемый, главным образом, более подвижной,
  возбуждающей, более обильной всякого рода стимулами жизнью мужчины и
  развивающийся под влиянием деспотизма, который воспитывает в мужчине
  сознание первенствующего положения в семье.
   По тем же самым причинам, обуславливающимся ее званием "хозяйки",
  состоянием зависимости и однообразием жизни, женщина гораздо скупее мужчины,
  несравненно осмотрительнее в расходах и экономнее. "После глупой женщины, -
  говорит г-жа де Жирарден, - самое редкое явление во Франции - это женщина
  щедрая". Но, конечно, в женщине скупость есть только преувеличение
  драгоценного и весьма полезного свойства, являющееся следствием особых
  условий жизни женщины. Обремененная непосредственной заботой о детях и
  домашнем хозяйстве, претерпевая всякие препятствия и неприятности, когда она
  стремится добывать деньги собственным трудом, женщина всегда невольно
  стремилась к тому, чтобы сберегать, накоплять скорее, чем тратить деньги
  даже с умеренностью и благоразумием. Она хочет быть уверенною в том, что
  хорошо тратит свои деньги, и ни один экономист