жное: платья, уроки, поездки, места в театр и т.д., но денег
  у них на руках не бывает. Когда они выходят замуж, то они или получают
  определенную сумму, всецело поглощаемую туалетом, или же должны представлять
  мужьям "счета", или просить у него денег. Но даже и с весьма снисходительным
  мужем это очень унизительно и неприятно, потому что заставляет женщину
  чувствовать себя ответственной за расход и стесненной зависимостью и
  подчинением, в котором она находится. Таким образом, инстинкт экономии и
  скупости почти неизбежно вытекает у нее из условий зависимости, в которых
  она живет у себя дома.
   Мужчина же, наоборот, охотно разыгрывает из себя важного барина, ему
  кажется натуральным и необходимым широко давать "на чай", делать подарки, не
  торговаться, позволять себе прихоть, потому что он сам зарабатывает деньги и
  в собственном труде находит источник, пополняющий убыль. Кроме того, его
  никогда не сдерживает обязанность отдавать отчет в том, что он тратит.
  Щедрость и привычка тратить исходят также из его мужской индивидуальности;
  это для мужчины - способ выказать свою социальную мощь. Как женщина ценится
  за красоту, за грацию и за свою обольстительность, точно так же мужчину
  оценивают в обществе сообразно тому, что он зарабатывает, по тому, что он
  имеет. Широко тратить - это есть доказательство хорошего заработка, большого
  состояния, средство "поднять себе цену в глазах людей".
   И наоборот: в женщине почти никогда не встречается столь резкой формы
  скупости, какою у мужчины является алчность