ачит, успели решить, какую именно лапшу повесить на уши зрителю. Ясно, что
  истинной причины никто не скажет, и репортеру, кстати, это тоже ясно, по
  лицу видно, а генерал так и вовсе смотрит в камеру, будто карточный шулер,
  благополучно выдавший трефовую шестерку за туза пик.
   - Произошел бой с неравными силами противника, - пробасил Дьяченко. -
  Речь идет о крупнейшей за последние годы операции по торговле наркотиками,
  где МУРу, как представителю центрального правительства, положена
  определенная доля. Налицо было явное нарушение законодательства, однако... -
  генерал замялся, стараясь придумать, как бы помягче сформулировать
  информацию о муровском провале. - Однако небольшой отряд спецназа столкнулся
  с силами, превосходящими его в десять и более раз. К сожалению...
   В десять и более раз. Неужели генерал хочет сказать, что груз, куда бы
  он ни направлялся, сопровождал по меньшей мере полк? Чушь и бред. Врочем,
  зритель не знает, конечно, ни сколько муровцев полегло прошлой ночью, ни где
  это произошло. Кстати, - подумал Аркадий, - я тоже не знаю, где погиб
  Метальников. Не очень далеко от Москвы, это ясно, иначе Алена не приняла бы
  некробиота...
   При мысли об Алене в груди кольнуло, Аркадий отвернулся от изображения
  и принялся смотреть на дорогу. Машина уже опустилась на колеса и подруливала
  к сорокаэтажной коробке дома, где жил Виктор.
   - Держи, - сказал Аркадий и сунул водителю в ладонь кредитный талон от
  "Феникса" с уже проставленной