рагментарное "пребывание в
  инкарнационном поле".
   Термин был Аркадию так же не знаком, как и предыдущий, но он не успел
  подумать об этом и тем более испугаться. Как-то сразу, будто включилась
  видеостена, он оказался в комнате с приборами и узнал свою лабораторию.
  Свою? Конечно же, свою. Он и имя свое теперь знал: Генрих Натанович
  Подольский.
   Живой?
   А почему бы мне быть мертвым? - подумал он о себе удивленно.
   Только что он отключил от компьютера камеру биоформатирования и теперь
  отдыхал, осмысливая результат опыта. Неважный результат, честно говоря. А
  если быть совсем точным, все пошло к чертям собачьим. Он доказал, что Наташа
  была права. Хорошо, что ее нет сейчас, она не станет, конечно,
  злорадствовать и повторять: "Ну вот, я же говорила". Не станет, но смотреть
  она будет, как московский прокурор на карагандинского зэка.
   Итак, будем рассуждать по порядку. Собственные инкарнации для него
  открыты, но в экспериментальном плане они пусты. Он может стать собой в
  третьем, пятом или, скажем, двадцать восьмом воплощении. Может прожить в
  этом воплощении достаточно большой отрезок жизни и совершить те же поступки,
  что совершал на самом деле. И подумать те же мысли. Ничего лишнего или
  постороннего. Шаг влево, шаг вправо - смерть. Смерть инкарнационного поля,
  возвращение в собственное сознание. Если повторить эксперимент с той же
  инкарнационной ситуацией, то окажешься уже в другом жизненном периоде,
  заранее