а, - сказала Наташа, и Генрих Натанович вздрогнул. -
  Сегодня ты не зря покопался во мне. Я имею в виду, - добавила она с легким
  смешком, - не физическую сторону дела...
   - Да, - прервал Подольский, - сегодня было нормально.
   Он подошел к Наташе, она подняла голову, и Подольскому ничего не
  оставалось, как наклониться и поцеловать ее в губы. Губы были сладкими, и он
  слизнул помаду, ей это нравилось, она втянула его язык, так они играли друг
  с другом, Генриху Натановичу было неудобно стоять, он боялся, что потеряет
  равновесие и вместе с Наташей окажется на полу.
   Он отклеил свои губы от наташиных, будто липкую ленту содрал, и сказал
  строго:
   - Всему свое время.
   - Не нужно тебе ходить к этому раввину, - сказала Наташа. - Информации
  никакой, а времени ты на него тратишь много. Я закончу расчет, и мы выясним,
  что могло убить твоего Абрама.
   - Мы договорились, - коротко сказал Генрих Натанович. Наташина
  математика не могла ничего изменить в его решении, даже если она обнаружит в
  записи физические изменения, связанные с появлением на теле Абрама жаркого
  следа ладони.
   - Я постараюсь прийти пораньше, - сказал он, направляясь к двери.
   - Буду ждать до половины девятого, а потом приглашу дежурного парня, -
  предупредила Наташа. - Не буду сидеть одна, как дура, весь вечер.
   Генрих Натанович не стал слушать.
  
  
  Глава пятнадцатая
  
   - Я вам сразу пытался сказать именно это, а вы не слушали, - произнес
  голос Чухновского, и Аркадий