ли - наша система. Вы, служитель иудейского Бога, вы,
  гражданин Израиля по праву рождения, говорите "наша" о системе российского
  правосудия, самого нелепого и противоречивого в мире?"
   "Я говорю "наша", потому что родился и умру здесь. Это мое личное
  отношение к..."
   "Я не собирался оспаривать вашего личного решения, - перебил меня
  Подольский. - Я всего лишь подбираюсь к проблеме, которая привела меня к
  вам. Я имею в виду - не лично к вам, но в синагогу".
   "Эта проблема связана с отправлением правосудия и, в частности, с
  гибелью вашего предка?" - догадался я.
   "Да", - подтвердил Подольский.
   "Видите ли, - продолжал он, - я человек нерелигиозный в том смысле, в
  каком нерелигиозны люди науки, знающие, что материальный мир познан лишь на
  уровне основных законов и что существуют силы, которые пока не изучены. Вы
  можете называть эти силы божественными, я их называю биоинформационными, все
  это слова, и, полагаю, говорим мы при этом об одном и том же. Думаю, что
  идея Бога - благотворная идея, без нее человечество перестало бы
  существовать тысячи лет назад. Возможно, познавая миры, которые многие
  называют тонкими, а я - скрытыми, мы действительно дойдем до осознания
  Высшего существа, которое этим всем управляет, я ведь не отрицаю такой
  возможности. Просто для меня это пока недоказанная теорема, а не постулат,
  принимаемый без доказательств..."
   "Не буду спорить, - отозвался я. - Никогда не спорю с людьми,