сконцентрировалось, и
  Аркадий вернулся в кухню, вошел в нее из ярко освещенного салона,
  остановился на пороге, поправ ногами щупальце света и не в силах сделать
  следующий шаг.
   Кто-то был здесь. Кто-то стоял у плиты, устремив на Аркадия холодный
  взгляд. Ощущение было мимолетным, но очень определенным - настолько, что
  правая рука сама собой устремилась вперед, и лишь сознательная воля
  остановила на полпути это движение, которому неминуемо пришлось бы разбиться
  о пустоту, поскольку в кухне, естественно, никого не было и быть не могло, а
  существо, притаившееся у дальней стены, было игрой полутеней на поверхности
  шкафа, в котором хранились многочисленные аленины кухонные автоматические
  устройства.
   Аркадий сделал шаг, ощущая, что ноги не желают его слушаться, как не
  желал почему-то и разум воспринимать отсутствие в кухне постороннего. Там
  кто-то стоял, и вопреки очевидному, Аркадий был в этом подсознательно
  убежден.
   Он заставил себя подойти к плите и только после этого подумал о том,
  что не включил света.
   Аркадий обернулся и увидел на стене кухни лицо.
   - Господи... - повторил Аркадий, потому что лишь сейчас, больше суток
  спустя, он это лицо узнал.
   - Я вошел в кухню, чтобы приготовить себе ужин, - медленно заговорил
  Аркадий, стараясь подбирать точные слова, потому что все, им сейчас
  сказанное, имело характер официальных (только ли свидетельских?) показаний и
  могло быть обращено против него. - Я вошел,