вслух слова.
   Аркадий отступил на шаг и неожиданно почувствовал жар в ладонях - точно
  такой же, как недавно, когда произошло... что? Он не помнил. Память рук
  сохранилась, память мысли - нет. И все исчезло. Все - даже память о
  происшедшем.
  
  
  Глава семнадцатая
  
   - Нет, не получается, - с досадой сказал Виктор. В комнате было
  прохладно, но на лбу Хрусталева выступили капельки пота. - Не получается, -
  повторил он. - А ведь только это и осталось, маленький отрывок.
   - Шмуль, - пробормотал Аркадий, - ты думаешь, это он...
   - Шмуль? Почему Шмуль? - спросил Виктор, поднимая брови. - Ты же
  сказал, что он был лишь орудием!
   - Я? - вяло удивился Аркадий. - Когда я это сказал?
   - Да только что! - рассердился Виктор. - Продемонстрировать?
   Он запустил руку в боковой карман и переключил чип на воспроизведение.
  Аркадий услышал легкое покашливание и не сразу понял, что это кашляет он
  сам. Не помню, - мелькнула мысль, - почему не помню? Неужели Виктор устроил
  блок? Это нечестно...
   "И тогда я умер", - произнес печальный голос, Аркадий понимал, что
  голос принадлежит ему, но все-таки воспринимал сказанное отчужденно, он не
  только не помнил, что произносил эти слова, но не помнил даже, что картина,
  которую эти слова описывали, извлечена была из его собственного подсознания.
   "Я умер, - сказал голос Аркадия, - а к Абраму отправился не я, хотя
  тот, кто это сделал, и был мной в тот момент. Я бы не решился. Я ненавидел
  Абрама,