наконец глаза.
   Господи, воля твоя...
   Я лежал обнаженный на жестком ложе из пожухлой травы, было тепло,
  неудобно и вообще странно. Глаза мои смотрели в синее небо, на котором не
  было ни облачка. Солнце стояло невысоко, и я не мог понять - поднимается оно
  или садится. Что сейчас - утро или вечер? Это не имело значения по сравнению
  с множеством других вопросов, которые, не заданные еще, толпились в
  подсознании, готовые всплыть, как только я позволю себе думать, а не только
  видеть и ощущать.
   Жесткие травинки впивались в кожу и мешали сосредоточиться. Я
  приподнялся на локте, но ничего не увидел, кроме серо-зеленой травы и неба,
  твердого, как купол собора.
   Я не знал, что такое собор, но сейчас меня интересовало другое.
  Странный звук послышался издалека, а может, он звучал вблизи, я не мог
  определить расстояние до источника, и почему-то это раздражало меня больше
  всего в новом для меня мире.
   Уперевшись обеими руками, я сначала встал на колени, а потом поднялся
  на ноги и увидел наконец, что травяной ковер, на котором мне было не очень
  удобно лежать, простирается почти до самого горизонта, а там, вдали,
  начинались строения, похожие на украшения, висевшие на елке в моей комнате,
  когда я был маленьким и ходил в детский сад.
   Странная эта мысль промелькнула, я успел только подумать о том, что не
  понимаю значения и половины слов, пришедших мне в голову. Елка? Детство?
  Разве у меня было детство - когда маленький,