да - понять.
   Остановившись и продолжая прижимать ладони к глазам, я огляделся и
  увидел наконец ту нить, о которой говорил Антарм. Понятно, почему я не
  разглядел ее прежде - нить тянулась сквозь меня, как игла сквозь тело
  бабочки, и уходила не за горизонт, но, как и положено несгибаемому лучу, -
  по прямой в ночное небо.
   - Ариман! - услышал я крик Антарма. - Поторопитесь!
   - Сейчас, - пробормотал я, уверенный в том, что следователь, конечно,
  услышит меня и не станет возвращаться.
   Среди звездных нитей мне нужно было отыскать две - одна связывала меня
  с прошлым, другая с будущим. Почему мне пришла в голову эта мысль? Я не
  сомневался: это была подсказка. Тот, кто следил за мной, тот, кто насадил
  меня на нить, будто бабочку, подсказывал, что я должен был сделать.
   Один из лучей показался мне чуть плотнее и ярче другого. Возможно, это
  было субъективное ощущение, но я ухватился за луч обеими руками, потянул,
  как тянут струну, и почувствовал ожог, но выпустить горячую нить был уже не
  в состоянии.
   Луч превратился в свет карманного фонарика, с трудом разгонявшего тьму,
  и под ногами у меня почему-то оказался паркетный пол. Стоять на нем босиком
  было холодно. Тусклый луч фонарика бегал по стенам - я узнал интерьер своей
  квартиры, а присмотревшись, понял, что фонарик находится в руке Виктора
  Хрусталева, моего шефа, хозяина детективного агентства "Феникс".
   Это - прошлое? Я не помнил, чтобы когда-либо Виктор являлся ко мне
  домой