с землей мои ступни, трава вокруг меня мгновенно
  обгорела, и тогда Она упала мне на грудь, объятие получилось неожиданным и
  неуклюжим, но через мгновение я приподнял рукой Ее голову и заглянул Ей в
  глаза.
   - Ты пришел ко мне, - повторила Она.
   - Алена, - прошептал я, узнавая.
   - Может быть, - улыбнулась Она. - Но я не воспоминание. Я - женщина.
   - Алена, - повторил я.
   - Я Даэна, - сказала Она.
   - Пусть. Ты давно ждешь меня здесь?
   Вопрос вырвался непроизвольно, и я пожалел, что задал его. Она могла
  сказать: "Семь дней", и тогда я с полным правом мог считать, что это
  действительно моя жена, моя любовь, которую я убил там, чтобы быть с ней
  здесь..
   Она могла сказать: "Я жду тебя тысячу лет", и это могло оказаться
  образом, не содержавшим указания на реальный ход времени, но в равной
  степени - именно тысячей лет, и тогда любовь наша возникла задолго до моего
  рождения в том мире и ничего не означала для меня - в мире этом.
   - Я не знаю, - сказала Даэна. - Я никогда не знала того, чего не хотела
  знать. Самое пустое - это знание времени. Когда ждешь.
   - Где мы? - спросил я, обводя взглядом холм и то пространство, которое
  прежде скрывалось от моего взгляда. У подножия холма начинался лес - не
  очень густой, светлый, как театральная декорация, и, возможно, действительно
  нарисованный чьей-то мыслью специально для нас с Даэной.
   - Я не знаю, - повторила она. - Разве это важно? Я ждала тебя, и ты
  пришел.