рошептал я и припал губами к губам Даэны, и тогда
  только понял, что произошло на этом холме несколько секунд назад.
   Ученый полагал, что действует наверняка. Он не хотел меня убивать - да
  и не мог этого сделать. Но считая меня опасным для мира, он полагал, что
  сможет рассеять мою личность, как рассеивается утренний туман - атомы влаги
  ведь не перестают существовать, и атомы воздуха не исчезают, если рассеять
  атмосферу в вакууме космоса. Но рассеянный туман не опасен для пешехода,
  идущего по горной тропе. И воздухом, рассеянным в космосе, уже невозможно
  дышать.
   А то, что я исчезну как личность и стану частью природы - не убийство?
   Нет, поскольку я смогу думать, наблюдать, делать выводы - жить, не умея
  влиять...
   Возможно, Фай или Минозис не считали такое существование смертью - я
  думал иначе.
   И Даэна думала так же. Этого оказалось достаточно.
   Сам я не справился бы с третьим щупальцем - я еще слишком мало знал об
  этом мире, а Даэна знала, она стояла между мной и шаром - ниже по склону, и
  энергия текла в ее сторону, нужно было только ускорить это течение, а для
  этого - обратить в энергию притяжения всю ментальную энергию собственной
  личности, всю свою любовь...
   - Всю свою любовь... - прошептал я, оторвавшись от губ Даэны и поняв
  наконец, что поцелуй ее был холоден, взгляд пуст, а щеки сухи.
   Я поднял Даэну с колен и поднялся сам. Женщина стояла подобно кукле и
  не понимала, что с ней происходит. Она знала меня. Она знала,