ть в следующий момент. Мышцы желали движения - так спортсмен
  ощущает неудержимое стремление бежать, прыгать, испытывать себя.
   Антарм бежал по кромке тверди, рискуя сорваться во мрак. Что произошло
  бы, если бы он действительно оступился? Никто из людей, следивших за его
  странными действиями, не знал ответа, и потому Ормузд бросил мысль, камнем
  упавшую перед Антармом. Мысль была простой, тяжесть ее мгновенно истаяла, и
  Антарм даже не ощутил ее присутствия, а остальные поняли:
   - Ты не сможешь создать мысль из движения. Здесь не твой мир. Другие
  законы природы. И все нужно делать иначе.
   Правда, Ормузд не знал - как делать и что именно. Поэтому Антарм
  продолжал свой бег, и удивленные зрители увидели, как, в очередной раз
  перепрыгнув реку, он не опустился на песок, а продолжал двигаться в океане
  света, нелепо перебирая ногами и поднимаясь все выше - к солнцу.
   - Я чувствую это! - воскликнул Антарм.
   И это действительно было так, хотя проделанная им механическая работа
  не имела к ощущениям никакого отношения.
  
  
  Глава четвертая
  
   Именно тогда они поняли, что в их мире появились чужие.
   Когда возникла материальная твердь, они вообразили, что это всего лишь
  воплощение представления. От этого никуда не деться - кто-то поднимается на
  слишком большой эмоциональный уровень, и концентрация духа рождает материю.
  Чаще бывает наоборот, и образуются неспровоцированные идеи, незаконные дети
  эволюции, но в тот момент, когда без их в том участия