до трех, после чего ввожу прикрытие!"
   Будь ты проклят! Можешь не считать. Он пристегнул хлопушку к плечевой
  вешалке, поднялся на одно колено и в секунду произвел визуальный осмотр.
  Трупы не пошевелились, это действительно были трупы, а вопил кто-то живой из
  куста в сотне метров. Стометровка. Секунд двенадцать - будь это на плацу, он
  пробежал бы вдвое быстрее, но здесь, да еще с выкладкой...
   Он поднялся в рост и...
   "Нет! Нет!" - это была то ли его мысль, то ли чужая, то ли предсмертный
  вопль, то ли страстный шепот любовного экстаза. Ах, какая в том разница? Ему
  показалось, что это последний звук, который он слышал в жизни, потому что...
   - Это не мог быть я, - подумал Генрих. - Не знаю почему, но мне так
  кажется.
   - Татарская кампания, - сообщил Виктор. - Сорок второй год. Тогда
  только-только поступили на вооружение лучевики-хлопушки. А "присказку"
  начали колоть, кажется, лет на десять раньше.
   - "Присказка", - вмешался молчавший до сих пор Влад, - не всегда
  действовала так, как нужно. Позднее стали использовать "завязку", она
  действительно превращала солдата в зомби.
   - Вы помните это? - с интересом спросил Ариман.
   - Похоже... - Влад помедлил, прислушиваясь к собственным ощущениям. -
  Похоже, что я начинаю вспоминать то, что действительно происходило со мной.
  Нет, не татарскую кампанию, в ней я не участвовал. Но слышал многое. Тактику
  действий мелких групп спецназа на территории, где произошел вооруженный
  мятеж, мы