ит
  уничтожению.
   - Нужно действовать, а не рассуждать, - вмешался Виктор.
   Материальное существо, состоявшее из десяти человек - Миньян, - на
  какое-то, к счастью, недолгое время распалось, люди повернулись лицами друг
  к другу, посмотрели друг другу в глаза, мысли перемешались, и Ормузд,
  который минуту назад был личностью Миньяна, ощутил, как разум уходит из
  него. Сейчас Миньяну нужно было другое "я", другая личность, и Ормузд
  отступил, а оставленное им место занял Ариман.
   Усилием воли Ариман подавил в себе возникший было мысленный хаос - если
  бы речь шла об человеке, растерявшемся от возникшей опасности, то можно было
  бы сказать, что он взял себя в руки. Применительно к существу, чья суть
  содержала десять независимых в прошлом разумов, правильнее было бы сказать:
  размешал страх одного в отваге другого и непонимание третьего в уверенности
  четвертого.
   - Вдохновенный ошибается, и законы природы этого мира не познаны им до
  конца, - сказал Ариман. - Разве мы не создали для себя материю из духа? Эти
  два солнца? Эту твердь? Эту реку, в которой течет вода? Этот купол неба?
  Значит, создание материи из духа возможно. Этим мы и должны заняться, пока
  Вдохновенный обсуждает проблему с другими разумами своего мира.
   Ариман, конечно, сразу понял ошибочность этих слов, поскольку
  способности Ормузда и Антарма были сейчас его способностями, а их инстинкты
  - его инстинктами. Он действительно создал материю - свет, тьму, твердь,
  светило