шего-Творца, а он, Вдохновенный-Ищущий-Невозможного,
  перестанет существовать.
   Это печально. И это прекрасно. Он станет частью
  Идеального-Принимающего-Ушедших, он потеряет себя, найдет покой...
   Он не хотел этого! Он знал, что прав, а остальные не правы. Это...
   Это было невозможно! Это противоречило законам природы. Он в принципе
  не мог чувствовать того, что сейчас чувствовал. Он в принципе не мог думать
  о том, чтобы пойти наперекор общему мнению уже после завершения дискуссии.
   Но он так думал, так хотел и знал, что так будет!
   Нужно предупредить - и невозможное произойдет.
  
  
  Глава восьмая
  
   Он был Ариманом и думал, что сейчас это хорошо. Ему нужно было полное
  знание о собственном прошлом и о прошлом своих составляющих, и только память
  Аримана, сохранившаяся и даже пополнившаяся новыми впечатлениями, позволяла
  принимать решения, основательно продумывая причины и следствия.
   Нужно было торопиться, потому что в любой момент он мог стать кем-то
  другим - возможно, даже раввином, и тогда стал бы думать о Боге и своем пути
  к Нему. Возможно, это не только имело смысл, но даже могло стать целью
  существования, но не теперь, когда решение целиком зависело от информации,
  поступавшей от Вдохновенного-Ищущего-Невозможного.
   Ариман сдвинул все свои тела ближе к центру тверди и мысленно вознесся
  над ними, обняв каждого и соединив не только сознания, но и глубинные
  мысленные устремления. Он уже убедился в том, что