никогда не может рассказать больше нигде. Может,
  это всего-навсего - о том, что он неделю или две не занимался
  сексом, и ему просто надо fuck. Но обычно - не только это. Обычно
  у клиента что-то свое на уме, какая-нибудь мечта, которую ему хо-
  чется испробовать, а жене это противно или он даже не знает, как
  ей признаться.
   Два или три дня назад у меня был мужчина средних лет. Он был
  очень образованный. У него были золотые запонки, на которые вьет-
  намский сирота может прожить месяцев шесть. Мы пришли ко мне и он
  сказал: "Я хочу, чтобы вы сделали для меня кое-что особенное".
  - "А что?" - спросила я. "Сначала обещайте мне". - Я пообещала,
  потому что всегда могу отказаться. Тогда он сказал: "Я хочу
  представить, что я - собака, а вы - 16-летняя девушка, которую
  эта собака fuck. "В этом не было ничего плохого для меня. Если
  клиенту хочется изобразить из себя Рин-Тин-Тина - я не возражаю,
  если только дело не зайдет слишком далеко.
   Я разделась, он попросил меня лечь на коврик и раздвинуть но-
  ги. Тут он раздевается и вытаскивает из портфеля... старую со-
  бачью шкуру. Он привязывает ее к плечам и талии. Я чуть не сме-
  юсь, но у него - очень серьезный вид, и я не позволяю себе
  расхохотаться. Оттуда же он достает презерватив в форме собачьего
  cock, с острым концом. Мне приходилось их видеть, но еще никто не
  пробовал их на мне.
   Затем клиент становится на четвереньки и приближается