в языке,
  сфере досуга и стилях жизни, тем более она нуждалась в различиях в сфере
  труда. Усиливая их, Вторая волна заменяла крестьянина, временного и
  непрофессионального "мастера на все руки", узким специалистом и работником,
  выполняющим лишь одну-единственную задачу, снова и снова, по методу Тейлора.
   Еще в 1720 г. в британском отчете о "достижениях восточно-индийской
  торговли" отмечалось, что специализация могла бы позволить выполнять работу
  с "меньшими потерями времени и сил"(8). В 1776 г. Адам Смит* начинает свою
  книгу "Богатство народов" с громогласного заявления о том, что "величайшее
  усовершенствование в сфере производительных сил... было связано,
  по-видимому, с разделением труда".
   У Смита есть ставшее классическим описание булавочной мануфактуры. Он
  пишет, что один рабочий старого образца, единолично совершая все необходимые
  операции, может произвести лишь пригоршню булавок в день - не более двадцати
  и, вероятно, ни одной больше. В противоположность этому, Смит описывает
  посещенную им "мануфакторию", в которой 18 разных операций, необходимых для
  изготовления булавки, выполняли 10 работников-специалистов, каждый из
  которых совершал лишь одну или несколько операций. Вместе они могли
  произвести более 48 тыс. булавок в день - свыше 4800 на каждого
  работника(9).
   К XIX в., когда производство все более и более сдвигалось в сторону
  фабрик, история с булавками повторялась снова и снова во все большем
  масштабе.