остом; каждое следующее поколение
  было выше ростом, чем их родители. Равным образом менялось и отношение к
  телу. Норберт Элиас в книге "Цивилизующий процесс" пишет, что вплоть до XVI
  в. в Германии, как и в других местах Европы, "вид обнаженного тела вполне
  соответствовал общественной норме", после прохождения Второй волны нагота
  стала считаться постыдной(4). С появлением особой ночной одежды изменилось
  поведение человека в спальне. Введение в употребление вилок и других
  специальных столовых приборов изменило процесс еды. Если прежде удовольствие
  получали от зрелища поданного на стол мертвого животного, то со временем
  "напоминания о том, что мясное блюдо было приготовлено из убитого животного,
  всячески стремились избегать".
   Брак стал преследовать иные цели, нежели только экономическую выгоду.
  Перемены во взаимоотношениях детей и родителей в условиях возрастающей
  мобильности обусловили для миллионов людей полностью переменившееся ощущение
  собственной личности.
   Столкнувшись с таким множеством психологических и экономических,
  политических и социальных перемен, ум остается в нерешимости дать им оценку.
  По какому критерию следует оценивать цивилизацию в целом? По уровню жизни
  народных масс? По ее влиянию на тех, кто живет за ее пределами? По ее
  воздействию на биосферу? По высокоразвитости ее искусств? По увеличению
  продолжительности жизни ее народа?
   По ее научным достижениям? По степени свободы личности?
   Несмотря на тяжелое экономическое