хнологии носят другой
  характер. В них участвует быстро растущая армия людей - не обязательно
  бедных и голодных, - которые не обязательно настроены против техники или
  экономического роста, но которые видят в неконтролируемом технологическом
  рывке угрозу для себя и всего человечества.
   Некоторые фанатики, если им дать шанс, вполне могут применить тактику
  луддитов. Немного надо, чтобы представить себе бомбардировку компьютерной
  установки, или генетической лаборатории, или недостроенного атомного
  реактора. Еще легче можно нарисовать себе картину ужасающей технологической
  аварии, которая приведет к "охоте на ведьм" среди ученых, которые "были
  причиной всего этого". Некоторые демагоги-политики будущего могут
  прославиться, расследуя дело "Кембриджской десятки", или "Оакриджской
  семерки".
   Однако большинство современных технореволюционеров не является ни
  бомбометателями, ни луддитами. В рядах технореволюционеров тысячи научно
  подготовленных людей - инженеров-ядерщиков, биохимиков, чиновников
  здравоохранения, генетиков, а также миллионы простых граждан. Опять-таки, в
  отличие от луддитов, они хорошо организованы и действуют по плану. Они
  издают собственные технические журналы и ведут пропаганду, участвуют в
  судебных процессах и разрабатывают законы, организовывают пикеты, марши и
  демонстрации.
   Это движение, на которое часто нападают как на реакционное, является
  фактически неотъемлемой частью зарождающейся Третьей