ми и их организациями. Людям недостает дружбы, сегодня миллионы
  чувствуют себя отрезанными и от институтов, частью которых они являются. Они
  жаждут получить институты, достойные их уважения, привязанности и
  лояльности.
   Нечто подобное предлагает корпорация.
   По мере того как компании укрупняются и становятся более безликими и
  начинают заниматься множеством самых разных видов деятельности, у
  сотрудников почти не остается ощущения общего дела. У них нет чувства
  общности. Само понятие "корпоративной лояльности" звучит архаично.
  Действительно, лояльность компании многие рассматривают как предательство
  самого себя. В популярном романе Флетчера Кнебеля о большом бизнесе "The
  Bottom Line" героиня раздраженно бросает своему мужу-начальнику: "Лояльность
  компании! Меня от этого тошнит"(6).
   За исключением Японии, где все еще существует система пожизненной
  занятости и корпоративный патернализм (хотя для всё уменьшающегося процента
  ра[583] бочей силы), отношения на работе становятся все более непрочными и
  эмоционально неудовлетворительными. Даже когда компании предпринимают усилия
  для укрепления социальных связей между сотрудниками (ежегодный пикник,
  спонсирование команды по игре в кегли из числа работников, рождественский
  прием в офисе), профессиональные отношения по большей части весьма
  поверхностны.
   Поэтому сегодня мало кто испытывает чувство принадлежности к чему-то
  большему и лучшему, чем он сам. Это теплое чувство