дозерной мощности, а в
  воображении; не в мегаломании, а в осознании ограниченной природы лидерства
  в новом мире.
   Лидерам завтрашнего дня, вполне возможно, придется иметь дело с гораздо
  более децентрализованным и вовлеченным в их дела обществом, обществом даже
  более разнообразным, чем сегодняшнее. Они уже никогда не будут всем для
  всех. На самом деле маловероятно, что один человек когда-либо воплотит в
  себе все требуемые черты. Руководство вполне может оказаться з большей
  степени временным, коллегиальным и основывающимся на консенсусе.
   Джил Твиди в проницательной колонке в "The Guardian" почувствовала эту
  перемену. "Рано критиковать... Картера, - написала сна. - Возможно, он [637]
  был (и остается?) слабым и колеблющимся человеком... Но также вполне
  возможно... главный грех Джимми Картера - это его молчаливое признание того,
  что время, как и планета, уменьшается в размерах, проблемы... являются
  настолько общими, настолько основополагающими и настолько взаимозависимыми,
  что решить их, как проблемы, существовавшие когда-то, один человек или одна
  правительственная программа не могут". Короче говоря, предполагает она, мы
  болезненно продвигаемся к новому типу лидера не потому, что кто-то считает
  это правильным, а потому, что природа проблем делает это необходимым.
  Вчерашний силач может обернуться завтрашним 90-фунтовым слабаком(27).
   Так все обернется или нет, есть один последний, еще более убийственный
  изъян в аргументации необходимости политического