полгода?(47)
   То, с чем мы сталкиваемся, - это новая и угрожающая истина. Возникшие
  политические потрясения и кризисы не могут быть урегулированы лидерами -
  сильными или слабыми - до тех пор, пока эти лидеры вынуждены действовать
  через неподходящие, разрушенные, перегруженные институты.
   Политическая система должна не только быть способной принимать и
  проводить решения, она должна действовать в верном масштабе, она должна быть
  способной интегрировать в корне отличные друг от друга политики, она должна
  быть способной принимать решения с нужной быстротой, отражать разнообразие
  общества и реагировать на него. Если она не справляется с любым из этих
  пунктов, то порождает бедствия. Наши проблемы больше не являются вопросом
  "левых" или "правых", "сильного руководства" или "слабого". Сама система
  принятия решений превратилась в угрозу.
   Сегодня поистине удивительно, что наши правительства вообще продолжают
  функционировать. Ни один президент корпорации не попытался бы управлять
  [653] большой компанией с организационным расписанием, набросанным гусиным
  пером предка, жившего в XVIII в., чей опыт управления состоял единственно в
  руководстве фермой. Никакой разумный пилот не стал бы пытаться совершить
  полет на сверхзвуковом самолете с антикварными навигационными и контрольными
  приборами, какие были в распоряжении Блерио или Линдберга. А ведь это
  приблизительно то, что мы пытаемся делать в политике.
   Быстрый моральный износ наших политических систем Второй