х неоконсервативные
  интеллектуалы нападают на требования недавно поднявших голос меньшинств,
  таких как черные, феминистки, чиканос, и претендуют [661] на то, что
  выступают в интересах огромного, прочного, умеренного, придерживающегося
  золотой середины большинства.
   Расположившись в крупных университетах северо-востока и мыслительных
  резервуарах в Вашингтоне, редко ступая в такие места, как Мариетта, Огайо,
  или Салина, Канзас, ученые-неоконсерваторы, очевидно, считают "Среднюю
  Америку" огромной немытой единой "массой" более или менее невежественных,
  антиинтеллектуальных "синих воротничков" в защитных шлемах и "белых
  воротничков", живущих в пригородах. Однако эти группы намного менее едины и
  бесцветны, чем кажется интеллектуалам и политикам на расстоянии. Найти
  консенсус в Средней Америке так же трудно, как и везде - в лучшем случае это
  мерцающий, перемежающийся консенсус, ограниченный очень малым кругом
  проблем. Неоконсерваторы вполне могут одевать свою политику, направленную
  против меньшинств, в мантию скорее мифического, чем реального большинства.
   В действительности то же самое верно и для другого края политического
  спектра. Во многих западноевропейских странах социалистические и
  коммунистические партии заявляют, что говорят от имени "рабочих масс".
  Однако чем дальше мы уходим за пределы индустриального массового общества,
  тем менее разумны предположения марксизма. Ведь и массы, и классы во многом
  теряют свое значение