печивало правящим элитам важный источник обратной связи. Когда условия,
  по той или иной причине, становились нестерпимыми для большинства и 51%
  избирателей выражал свою боль, элиты могли, как минимум, сменить партии,
  изменить политику или пойти на какой-нибудь другой компромисс.
   Однако даже во вчерашнем массовом обществе принцип 51% был явно грубым,
  чисто количественным инструментом. Голосование для определения большинства
  ничего не говорит нам о качестве взглядов людей. Оно может сказать нам о
  том, сколько людей в данный момент хотят X, но не о том, как сильно они его
  хотят. Кроме того, оно ничего не говорит нам о том, чего бы они хотели от X
  взамен - критическая информация в обществе, состоящем из многих меньшинств.
   Оно также не сигнализирует нам, когда меньшинство настолько чувствует
  себя под угрозой или приписывает такое жизненно важное значение одной
  проблеме, что его взглядам, по-видимому, следует придавать больше веса, чем
  обычно. [666]
   В массовом обществе эти известные слабости правления большинства были
  терпимыми, потому что, среди прочего, многим меньшинствам не хватало
  стратегической силы, чтобы разрушить систему. В сегодняшнем тонко связанном
  обществе, в котором все мы - члены меньшинств, это уже не так.
   Для демассифицированного общества Третьей волны системы обратной связи
  индустриального прошлого в целом слишком грубы. Поэтому нам придется
  применять голосование и опросы радикально новым способом. Вместо поиска
  безыскусного