ин, борющихся за разрушение ограничивающих ролей
  в обществе Второй волны? Как, помимо этого, описать миллионы участников
  быстро растущих движений взаимопомощи? А как [691] насчет множества
  "психологически угнетенных" - миллионов жертв эпидемии одиночества,
  разрушенных семей, одиноких родителей, сексуальных меньшинств - кого нельзя
  четко включить в понятие класса? Такие группы возникают фактически во всех
  слоях и профессиях и являются источником силы для Третьей волны.
  Действительно, даже термин движение может ввести в заблуждение - отчасти
  потому, что он подразумевает более высокий уровень общего сознания, чем тот,
  который существует, отчасти потому, что люди Третьей волны совершенно не
  доверяют всем массовым движениям прошлого.
   Тем не менее, включают ли они в себя класс, движение или просто
  меняющуюся конфигурацию индивидуумов и временных групп, все они схожи, все
  они решительно расстаются со старыми иллюзиями, понимая: старая система
  сейчас разрушена так, что не подлежит ремонту.
   Сверхборьба между силами Второй и Третьей волн проходит, как ломаная
  линия, через класс и партию, через возрастные и этнические группы,
  сексуальные предпочтения и субкультуры. Она реорганизует нашу политическую
  жизнь и придает ей новые черты. И вместо гармоничного, бесклассового,
  бесконфликтного, неидеологического общества будущего она нацеливает на
  расширяющиеся кризисы и глубокую социальную смуту в ближайшем будущем.
  Очаговые