ии. Эвин цитирует обеспокоенных бизнесменов, которые
  заявляют: "Мы ощущаем себя сидящими на пороховой бочке"(14).
   Еще хуже, продолжает Эвин, "растущее число людей не просто
  разочарованных, раздраженных или озлобленных, но ... иррационально и
  неуверенно боящихся новых технологий и рискованного бизнеса".
   Согласно Джону Биглеру, управляющему "Price Waterhouse", одной из
  гигантских бухгалтерских фирм, "народное доверие к американским корпорациям
  ниже, чем в любой период Великой депрессии. Американский бизнес и
  бухгалтерская профессия вынуждены униженно доказывать свою пригодность делу,
  которое они выполняют... Корпоративное исполнение оценивается по новым,
  недружественным нормам"(15).
   Те же самые тенденции просматриваются в Скандинавии, Западной Европе и
  даже, менее явно, в социалистических индустриальных странах. В Японии
  официальный журнал фирмы "Toyota" утверждает: "Движение граждан, ранее
  никогда не наблюдавшееся в Японии, представляет собой постоянно нарастающую
  силу, осуждающую методы, которыми корпорации разрушают нашу каждодневную
  жизнь".
   Несоменно, что корпорации и раньше в своей истории подвергались
  обжигающим атакам критики. Однако большая часть сегодняшних криков
  негодования и жалоб решительно отличается от прежнего. Все это связано с
  нарождающимися ценностями и предпосылками Третьей волны цивилизации, а не с
  угасанием индустриального прошлого.
   На протяжении всей эры Второй волны