Люди сегодня более богаты и
  образованны, чем их родители, и, имея больше возможностей в жизни, просто
  отвергают требования массификации. Все больше людей различаются по
  выполняемой ими работе или продукции, которую они потребляют, многие из них
  требуют, чтобы с ними обращались как с личностями, и сопротивляются
  социально предлагаемым расписаниям.
   А на другом уровне новые, более персонализированные ритмы Третьей волны
  могут прослеживаться в широкой области новых технологий, вошедших в нашу
  жизнь. Видеокассеты и домашние видеозаписи, например, делают возможным для
  телезрителей записывать телепрограммы и затем просматривать их, когда
  удобно. Как пишет журналист Стивен Брил: "В пределах двух или трех лет
  телевидение, вероятно, прекратит диктат расписания даже для телеманов".
  Власть могучих телесетей - NBC, ВВС или NHK, которые синхронизировали
  просмотр, подходит к концу"(8).
   Компьютеры также начинают придавать новую форму нашим ежедневным графикам
  и даже нашим концепциям времени. Действительно, это компьютеры сделали
  возможным гибкое время в больших организациях. В простейшем виде они
  интегрируют сотни персонифицированных гибких графиков. Но они также заменяют
  наши коммуникационные образцы времени, позволяя нам иметь доступ к данным и
  производить их изменение и синхронно, и асинхронно.
   Появляется все больше пользователей, которые участвуют в "электронных
  конференциях". Это позволяет одной группе пользователей связываться