новый повод для недовольства, когда
  части французского Национального легиона после алжирской войны были
  размещены на Корсике. Гнев аборигенов еще более подогрело то обстоятельство,
  что экс-колонисты из Алжира получили от правительства субсидии и особые
  права. Новые поселенцы прибывали большими группами и быстро скупили большую
  часть виноградников на острове (основной источник дохода помимо туризма),
  отчего корсиканцы стали чувствовать себя еще более чужими на родной земле.
  Ныне этот средиземноморский остров превращается для Франции в нечто вроде
  Северной Ирландии в миниатюре.
   В другом конце страны в последние годы также произошла вспышка
  сепаратистских стремлений, которые в предыдущие годы лишь слабо тлели. В
  Бретани, где очень высок уровень безработицы и самая низкая заработная
  плата, сепаратистское движение имеет широкую народную поддержку. Это
  движение представлено несколькими соперничающими партиями, и в нем есть
  террористическая группировка, члены которой были недавно арестованы за
  установку взрывных устройств в общественных зданиях, в том числе в Версале.
  В то же время Париж осаждают требованиями культурной и региональной
  автономии для Эльзаса и Лотарингии, некоторых районов Лангедока и других
  частей страны(1).
   На противоположной стороне канала Британия находится в подобной же, хотя
  и менее напряженной ситуации, испытывая давление со стороны шотландцев. В
  начале 1970-х упоминание о шотландском национализме сходило