ной эпохи распадается под
  воздействием факторов Третьей волны, региональные, местные, этнические и
  религиозные группы становятся все менее однородными. Условия и потребности
  членов этих групп начинают расходиться, что приводит к внутренней
  дифференциации на уровне индивида.
   Промышленные корпорации обычно отвечают на это явление увеличением
  разнообразия продукции и политикой агрессивного "раздела рынка".
   Национальные правительства, напротив, с трудом меняют политику.
  Политические и бюрократические структуры, сложившиеся в эпоху Второй волны,
  неспособны к дифференцированному подходу к каждому региону или городу, к
  каждой религиозной, расовой, социальной, этнической или сексуальной группе.
  Условия претерпевают дивергенцию, а люди, принимающие решения, продолжают
  оставаться в неведении относительно быстро изменяющихся локальных нужд. Если
  они пытаются выявить эти специфические узколокализованные потребности, они
  запутываются в мелких подробностях и оказываются не в состоянии "переварить"
  эти данные.
   Пьер Трюдо в период борьбы с канадским сепаратизмом ясно заявил об этом в
  1967 г.: "Система федерального управления не может быть оперативной и
  действенной, если какая-либо ее часть - провинция или штат - имеет особый
  статус и отношения с центральным правительством, отличные от тех, что имеют
  другие провинции"(26).
   Как следствие, национальные правительства в Вашингтоне, Лондоне, Париже и
  Москве продолжают вести однородную стандартную политику,