корпорации. Ее обслуживают необыкновенно
  быстродействующие, разветвленные банковские и финансовые системы. Она
  оперирует суммами и кредитами, которыми не может оперировать ни одна нация.
  Она развивается в направлении транснациональной валютной системы - не единых
  "мировых денег", но набора валют или "мета-валют", основанных на "рыночной
  корзине" национальных валют или предметов потребления. Она разрывается
  общемировым конфликтом между обладателями ресурсов и их потребителями и
  задолженностями доселе непредставимых масштабов. Это смешанная экономика, в
  которой частный капитал и промышленность социалистических государств
  образуют совместные предприятия и работают бок о бок. А идеологией этой
  системы является не невмешательство и не марксизм, а глобализм -
  представление о том, что национализм устарел.
   Как Вторая волна породила слой людей, чьи интересы превосходи пи
  локальный уровень и становились основой национальной идеологии, так Третья
  волна порождает группы людей, интересы которых шире, чем национальные. Эти
  люди становятся носителями формирующейся глобалистской идеологии, которую
  иногда именуют "планетарным сознанием".
   Таким сознанием обладают деятели многонациональных корпораций, борцы за
  охрану окружающей среды, финансисты, революционеры, интеллектуалы, поэты и
  художники, не говоря уже о членах Трехсторонней комиссии(49). Даже от одного
  знаменитого советского генерала, имевшего четыре звезды Героя, я услышал,
  что