олодой почтительно высаживал вс„ ещ„ ворчавшую старуху.
   Серебристый смех девушки доносился из открытых ворот. Уже и старуха с
  молодым Али скрылись, и прол„тка въехала в ворота, и ворота закрылись... А
  мы вс„ ещ„ стояли, забыв место, время, забыв, что хотелось есть, жару и все
  приличия.
   Обернувшись к брату, чтобы поделиться с ним своим восторгом, я был просто
  потряс„н. Всегда улыбающееся лицо его было совсем бледно, серь„зно и даже
  сурово. Его синие глаза как-то потемнели. Это было лицо совершенно
  незнакомого мне человека. Даже брови изменили свою обычную форму и были
  строго сдвинуты в почти сплошную прямую линию.
   Я не мог опомниться вс„ смотрел на этого чужого, незнакомого мне
  человека.
   - Ну что же, понравилась ли вам моя племянница Наль? - вдруг услышал я
  над собой незнакомый металлический голос.
   Я вздрогнул, - от неожиданности не понял даже вопроса, - и увидел перед
  собою высоченную фигуру Али старшего, который, смеясь, протягивал мне руку.
  Машинально я взял эту руку и почувствовал какое-то облегчение; даже из груди
  у меня вырвался вздох, и по руке побежала т„плая струя энергии.
   Я молчал. Мне казалось, что ещ„ никогда не держал я в своей руке такой
  ладони. С усилием оторвались мои глаза от прожигающих глаз Али Мохаммеда, и
  я посмотрел на его руки.
   Они были белы и нежны, точно к ним не мог пристать загар. Длинные, тонкие
  пальцы кончались овальными, выпуклыми, розовыми ногтями. Вся рука, узкая и
  тонкая, артистически прекрасная, вс„ же говорила об огромной