и, но я увидел только две
  пары глаз. Глаза дервиша, - сразу запомнившиеся мне в первое свидание,
  глаза-зв„зды, - и пристальные, почти ч„рные глаза грека, напоминавшие
  прожигающие глаза Али старшего.
   - Позвольте теперь познакомиться с вами по всем правилам вежливости, -
  сказал, вставая, Сандра Кон-Ананда. - Это мой друг Иллофиллион.
   Он пожал мне руку, я же неловко мял в руке сво„ кепи и, кланяясь греку,
  проговорил, как плохие ученики нетв„рдо выученный урок:
   - Ваш друг Флорентиец послал меня к вам. Может быть, вам угодно пойти в
  вагон-ресторан выпить кофе? Я могу служить вам гидом.
   Грек, пристальные глаза которого вдруг перестали быть сверлящими шилами,
  а засветились юмором, быстро встал, пожал мне руку и сказал с сильным
  иностранным акцентом, очевидно выбирая слова, но совершенно правильно
  по-русски:
   - Я думаю, мы с вами - "два сапога - пара". Вы так же застенчивы, как и
  я. Ну, что же. Пойд„м вместе. Мы, конечно, не найд„м двести, но потеряем
  четыреста. А вс„ же мы с вами подходим друг другу и, наверное, пока решимся
  спросить себе завтрак, - вс„ съедят у нас под носом, и мы останемся
  голодными.
   Говоря так, он скроил такую постную физиономию, так весело потом
  рассмеялся, что я забыл вс„ сво„ смущение, залился смехом и уверил его, что
  буду решительно беззастенчив и накормлю его до отвала.
   Мы вышли из купе под вес„лый смех Кон-Ананды. Пройдя в вагонресторан, я
  быстро наш„л там столик в некурящем отделении, заказал завтрак и старался
  занимать