ешествиями. После пятилетней разлуки с братом, пока я кончал гимназию и
  поступал в университет, я выбрался, наконец, к нему в Азию. Мечтал увидеть
  новый свет и новый народ, - и вот вс„ скомкалось. И брата я теперь потерял,
  - прибавил я тихо, вспомнив, с какой радостью я ехал на свидание с ним в
  дал„кое К. и с какою скорбью возвращаюсь оттуда.
   И. склонился ко мне, необыкновенно ласково поглядел мне н глаза и так же
  тихо ответил:
   - Я всем сердцем сострадаю вам, друг. Я тоже пережил такой момент жизни,
  когда потерял вс„, что любил, и всех, кого любил, в один день. Но мо„
  состояние было хуже вашего, потому что я не мог помочь никому из тех, кого
  любил. Когда я сам, тяжело раненный, приш„л в себя, я увидел только
  похолодевшие трупы своих родных и близких. А что касается всех моих надежд,
  идеалов, стремлений, исканий истины и чести, - вс„ это также было выметено
  из моей души и превращено в прах, ведь убийцами были фанатики-лицемеры,
  разыгрывавшие роль друзей...
   Он помолчал и продолжал ещ„ более проникновенным тоном:
   - Ваше положение много лучше того момента моей жизни. Вы ещ„ не потеряли
  брата, вы только в разлуке с ним. Вы ещ„ можете ему помочь и уже начинаете
  дело помощи. Я приехал погостить к Али пять лет тому назад, возвращаясь из
  путешествия по Индии, и познакомился у него с вашим братом. Али рассказал
  мне о его чистой жизни большого уч„ногосамоучки, о его беззаветной
  преданности идее свободы. Такие, редко встречающиеся в русском офицере
  качества, я помню,