, я ясно и точно увидел...
   Когда я смог соображать, я увидел возле себя Ананду и только теперь
  понял, что это он шептал мне в трюме парохода: "Я спасу тебя, мальчик".
   Ананда глядел на меня сосредоточенно и подал мне какое-то питье. Я выпил
  и сказал ему:
   - Благодарю вас. Благодарю за жизнь, которую вы мне спасли. Нет, не надо,
  - я отв„л его руку с новым лекарством, - и теперь уже не лекарство может
  вылечить меня, а тот пример любви и заботы о чужом, брошенном человеке,
  который я здесь наш„л.
   Не понимаю, каким образом я вс„ забыл. Я только тогда вс„ вспомнил, когда
  голос няни и е„ причитанья вернули меня в детство. И когда я услышал, что у
  меня пет даже родины, - я вспомнил вс„ сразу.
   Я не мог ещ„ долгое время собраться с силами; дыханье мо„ стало так
  тяжело, точно мои л„гкие сдавил приступ астмы. Ананда уговорил меня выпить
  каких-то капель, положил на блюдечко пучок ж„лтой сухой травы и подж„г е„.
  Вскоре она задымилась, распространяя сильный аромат, и мне стало лучше.
   - Где я сейчас? Это ваш дом? - спросил я Ананду. - Это Сицилия, - ответил
  он мне. - Вы здесь в полной безопасности. Это дом доктора. На вашей родине
  резня восставших друг на друга партий ещ„ не прекратилась, и бедствия
  продолжают сыпаться на головы ни в ч„м неповинных людей. Фанатики-политики
  режут не только друг друга, но даже иностранцев, что грозит войной всей
  вашей стране. Вс„ это очень подробно вы узнаете из газет, которые я для вас
  сохранил. Вы больны уже больше двух месяцев. И весь первый месяц