прозвучало в его словах,
  напротив, вс„ в н„м являло самое глубокое доброжелательство. И злобные
  выкрики в его адрес, так оскорблявшие меня, что мне хотелось вмешаться в
  разговор и ответить ей тем же тоном, - не задевали спокойного благородства
  И. и его сострадания к этой женщине.
   И. посмотрел на не„. Должно быть, его взгляд затронул что-то лучшее в е„
  существе; она закрыла лицо руками и прошептала:
   - Простите меня. У меня такой бешеный характер; я сама не понимаю иногда,
  что говорю и делаю. Но если я даю слово, - я его держу честно. И это, может
  быть, единственное мо„ достоинство, - сквозь снова полившиеся сл„зы
  проговорила она.
   - Не плачьте. Отнеситесь в высшей степени серь„зно ко всему, что с вами
  сейчас произошло. Благословляйте судьбу за то, что Лиза не ушиблась об
  острый угол стола. Если бы ещ„ и это, - вы были бы сейчас убийцей, - а что
  это значит, вы отлично понимаете, - ответил ей И.
   Ужас изобразился на лице т„тки, которая сейчас была так несчастна, что
  даже мо„ сердце смягчилось; и я старался подыскать ей оправдания, думая о
  том, как постепенно и незаметно для себя падает человек, если зависть и
  ревность сплетают сеть вокруг него изо дня в день.
   - Не возвращайтесь мыслями к прошлому, - снова заговорил И. - Думайте о
  сво„м сыне, нет ничего такого, чего бы не победила материнская любовь. Я
  залечу щ„ку Лизы, и через несколько часов от кровоподт„ка не останется и
  следа. Но вам придется просидеть возле не„ до утра, меняя компрессы из той
  жидкости,