о я так рассеян, что не в состоянии применить на
  деле всего, что успел понять благодаря вам и Флорентийцу Я не могу сразу
  думать о тех, кому я нужен, а думаю сначала о себе. Вот и сейчас, я упустил
  из виду, что могу ещ„ не раз очутиться в бурю на пароходе, пока мне
  предстоит сбивать с толку преследователей брата. Забыл я и о помощи
  несчастным, тем, кто в эту бурю будет страдать и нуждаться в ваших заботах:
   - Я готов хоть сейчас снова принять эту отвратительную зелень, - прибавил
  я, помолчав.
   Я оделся, И. радостно обнял меня, заметив, что ни мгновенья не сомневался
  в истинных моих чувствах. Он пригласил спуститься к его друзьям в первый
  класс, чтобы познакомиться с ними и получить письма. Он предложил также
  посмотреть, как устроен пароход, его многочисленные гостиные, читальню,
  библиотеку, большой зал, столовую и т. д. Но я, предвкушая предстоящие
  горькие испытания, потерял всякий интерес к этой роскоши и сказал, что
  соглашусь только на одно путешествие - осмотреть помещения третьего и
  четв„ртого классов, где нам предстоит трудиться ночью. И. согласился,
  позвонил матросу и дал ему записку в первый класс к своим друзьям-туркам,
  которые явились незамедлительно.
   И. встретил их у лестницы и велел матросу подать стулья. Через минуту тот
  прин„с четыре плет„ных кресла, казавшиеся л„гкими, но на самом деле такие
  тяж„лые, что я не мог сво„ не только поднять, но даже сдвинуть с места.
  Тогда я стал разглядывать новых знакомых. Типичная наружность и без фесок