ой наших будущих действий. Мы с восторгом
  приняли это предложение.
   У лестницы матрос н„с вахту, получив строгое распоряжение никого - ни под
  каким предлогом - не пропускать без нас наверх, пусть это даже будет старший
  помощник.
   Мы двинулись вслед за капитаном. К нам присоединились ещ„ два офицера и
  два матроса. Теперь целой группой мы двинулись впер„д.
   Капитан отдал приказание вызвать ещ„ и старшего врача. Я был поражен не
  только количеством людей, но и длиной коридоров, высотой всевозможных общих
  комнат и роскошью, царившей всюду. Буквально все комнаты утопали в цветах.
  Публика из первого класса сидела в тени палубы в глубоких креслах и
  шезлонгах. Нарядная жизнь била ключом в каждом уголке, в воздухе разносился
  аромат духов и сигар.
   Наконец мы спустились в третий класс. Я ожидал встретить ту же грязь,
  которую наблюдал в вагонах этого класса в русском поезде. Но сразу понял,
  что жестоко ошибся.
   Здесь было очень чисто. Правда, ноги не тонули в коврах, но на полах
  лежал линолеум красивых ярких рисунков. Должно быть, билеты и здесь стоили
  недешево, так как бедноты совсем не было видно. Мелькали студенческие
  фуражки, ехали целые семьи, внешний вид которых говорил об известном
  достатке. Общая столовая была красива, с деревянными креслами-вертушками,
  залитая электрическим светом; были здесь и гостиная, и читальня, и
  курительная комната.
   Наконец мы спустились ещ„ ниже и очутились у самой воды. Носовая часть
  была отведена под четв„ртый класс: крышей