просил капитан, обращаясь к
  женщине, на красивом лице которой изобразился ужас и глаза наполнились
  слезами.
   - О, не выбрасывайте нас, - взмолилась она по-французски. Не понимая,
  видимо, английской речи капитана, она испугалась звука его повелительного
  металлического голоса и глядела теперь с мольбой. Капитан оглянулся, говоря,
  что его французский оставляет желать лучшего.
   И. выдвинул меня впер„д, я поклонился женщине и перев„л ей вопрос
  капитана.
   В ответ на это сл„зы градом покатились из е„ глаз, и она объяснила, что
  это единственное место, где е„, наконец, перестали донимать жестокие
  спутники; что сердобольный матрос устроил их здесь и пригрозил двум туркам,
  которые не давали ей проходу.
   - Девочка не больна, мы только голодны: не выбрасывайте нас, мы едем к
  моему отцу в Константинополь. Мой муж умер, его задавило на стройке, и
  французская компания не пожелала нам ничего заплатить. Но я не могла ждать
  суда, мы умерли бы с голода. Пришлось вс„ продать и коекак добраться до
  Севастополя. Я отдала последние деньги за билет; не знаю, как и доедем. Но
  билет мой в порядке, - быстро говорила бедняжка, в полном смятении
  протягивая капитану билет.
   Должно быть, нужда свалилась на не„ внезапно. Костюм, вероятно ещ„ совсем
  недавно купленный, был в пыли и пятнах; платье на детях тоже новое и тоже
  перепачканное в дороге. Высовывавшиеся из-под юбки ножки девочки были обуты
  в крохотные лакированные туфельки, совершенно не пригодные для дал„кого
  путешествия.