ся в то, что этот день - новая твоя жизнь.
  Ведь сегодня ты мог уже и не стоять здесь. Привыкни встречать каждый
  расцветающий день, как день новой жизни, где только ты, ты один делаешь
  запись на чистом листе. В течение этой ночи ты ни разу не испытал страха; ты
  думал о людях, жизнь и здоровье которых были в опасности. Ты забыл о себе.
   - О, как вы ошибаетесь, Лоллион, - воскликнул я, назвав его в первый раз
  этим ласкательным именем. - Я действительно не думал ни о себе, ни об
  опасности. Но размеры опасности я понял только сейчас, когда смотрю на этот
  ужас позади нас, на эту полосу урагана, от которого мы ушли. О людях я не
  думал, я думал о Флорентийце, о том, как бы он отн„сся к моим поступкам,
  если бы был рядом. Я старался поступать так, точно он держал меня за руку. И
  так полон был я этими мыслями, что он даже пригрезился мне в ту минуту,
  когда на нас обрушивался страшный вал. Я точно увидел его, ощутил, и потому
  так радостно смеялся, чем удивил капитана и, вероятно, вас. Поэтому не
  думайте обо мне лучше, чем я есть на самом деле.
   - Твой смех меня не удивил, как и твои радость и бодрость ночью. Я понял,
  кого ты видишь перед собой, знаю теперь, как велики твои привязанность к
  нему и верность. Думаю, что если верность твоя не поколеблется, - ты в жизни
  пройд„шь далеко. И когда-нибудь станешь сам такой же помощью и опорой людям,
  как он тебе, - ответил мне И.
   Здесь, на корме, было видно, как продолжала бушевать буря. Шум моря вс„
  ещ„ походил на редкие пушечные выстрелы,